21:44
Этносы и территориальные парадоксы

Республика Дагестан часто бравирует своей многонациональностью, поэтому мне хотелось бы поделиться наблюдениями в области сохранения этого разнообразия.

В 1930-х гг., создавая противовес традиционному тюркскому доминированию в регионе и упрощая процесс управления обществом, движения к построению единой «советской» нации, центральная власть стала создавать искусственные народы, благодаря чему ранее не имевшие национального самосознания нахско-дагестанские племена в административном порядке объединялись в народы с навязыванием языка (сделанного на основе одного из местных, принятого за литературную норму), предоставлением учебных и рабочих мест, развитием народной культуры и формированием необходимой для этого инфраструктуры. Таким образом более полусотни малых и больших племён были принудительно записаны в аварцы и даргинцы, в Южном Дагестане азербайджанский язык, позволявший общаться между собой представителям разных общин, начал вытесняться новым литературным языком образования из творчества, а потом из повседневного общения. При этом советскую политику укрупнения народов хорошо характеризует то, что ещё в 1990-е гг. и 2000-е гг. некоторые этносы продолжали считаться бесписьменными.

Как в такой ситуации сохранить многообразие и уникальность, о важности которых часто говориться с больших трибун? Какова сейчас картина сохранения культурной и языковой самобытности в Республике? С ведомственной точки зрения проделывается немалая работа: функционируют национальные театры, имеется телерадиовещание, газеты и журналы на родных языках, в районах есть дома культуры и библиотеки, а на республиканском уровне за национальную политику отвечает целое министерство. С стороны видно, что вышеперечисленные меры часто перебиваются другими процессами: урбанизацией и миграцией, славянизацией дошкольного и школьного образования (как и везде по России), небольшим местом этнических культур на федеральном телевидении. Т. е. для региона, народы которого по федеральному законодательству являются малочисленными, вопрос сохранения их идентичности, таким образом, усложняется.

Очевидно, что для самосохранения этнос должен обладать своей исконной территорией проживания. Значит, этнические территории есть и их нужно защищать, если все хотят сохраниться. Например, кумыки являются коренными жителями региона, корни которых уходят в эпоху древних тюрков - киммерийцев и саков, сарматов и гуннов, не говоря уже о булгарах и хазарах. Предки оставили современным кумыкам оседлую тюркскую культуру с развалинами городов, следами печей для выплавки металла, богатой утварью и другими следами созидательного прошлого. Следовательно, этническая территория кумыков – Кумыкская низменность должна быть защищена, а в её пределах должны действовать механизмы, при которых именно тюркская культура, в т. ч. язык будут доминирующими, такой же принцип должен быть у ногаев, терских казаков и азербайджанских тюрков вплоть до преподавания тюркских языков и литературы во всех поселениях соответствующих районов, в т. ч. переселенческих. Аналогичная позиция должна быть и формально реализуется на этнических территориях нахско-дагестанских этносов. Итак, этнические территории есть, они исторически зафиксированы в нескольких сборниках административно-территориального деления (вспомним хотя бы национальные округа периода Российской империи), на них должна доминировать местная культура.

В этой связи нельзя не упомянуть о том, что странная политика властей привела к угрозе этноцида дагестанцев довольно давно, с того момента, как горцев стали отрывать от родных мест и переселять насильственно на равнину, нарушая в то же время этнокультурное единство тюркских народов; с 1980-х гг. этот процесс проходил уже больше стихийно, чем организованно. Были ли эти странности следствием чьей-то некомпетентности? Думаем, что нет, был целенаправленный манёвр, который, как это обычно бывает в политике,преследовал несколько целей. Для понимания ситуации приведём таблицу, показывающую местоположение национальных педагогических комбинатов как очагов профессиональной национальной культуры и национальных театров в современный период как тоже очагов нацкультуры. Я не сравниваю локализацию педтехникумов тогда и сейчас, поскольку в первоначальном своём виде (Кумыкский, Лакский и др.) они уже не существуют. В то же время и не сравниваю локализацию театров тогда и сейчас, ведь в довоенный период ещё не было достаточного количества актёрских кадров, не все театры создавались одновременно, к тому же не все ещё могли ставить пьесы на родных языках. Просто сопоставим локализацию созданных тогда государством очагов национальной культур с ныне действующими без большого внимания к виду этих очагов.

 

Как наглядно видно из вышеприведённого, центром национальной культуры в виде театра на своей этнической территории остался лишь Кумыкский, перемещение остальных хорошо показывает ту самую политику долгосрочной деэтнизации, которая была названа мной выше как политические цели (осложнить тюркское этническое пространство, используя нахско-дагестанское, с дальнейшим этноцидом тюрков и горцев). Если педагогические кадры для гор готовились в горах, то точки культурного притяжения - театры, которые тем более должны были быть там, оказались на земле кумыкских и азербайджанских тюрков.

Другой парадокс – распределение властных мест в крупных муниципалитетах. Понимая, что районами должны управлять представители исконного населения и то, что основную миграционную нагрузку из Нагорного Дагестана принимают города, чиновники по указке сверху старались пристально следить за тем, чтобы хотя бы в городах, все из которых расположены на тюркских этнических территориях, не было мэров из местных. Напомню, что Южно-Сухокумск находится посреди Ногайской степи, Кизляр в зоне проживания казачества, Дагестанские Огни и Дербент – азербайджанских тюрков, остальные города – кумыков. Практически нигде представители коренных народов верхами до последнего времени не допускались к должности первого лица города.

Третий парадокс – варианты зонирования, которые предлагались в разное время для экономического и этнокультурного развития РД. Пройдя после научных кабинетов через цензоров из силовых структур, они оказывались освобожденными от кого-либо учёта кумыкских территорий, похожая ситуация наблюдалась со столицей Республики и перспективами воссоздания в ней Таркинского района.

Четвёртый парадокс – фестиваль «Горцы» и подобные ему с режущими ухо названиями, предполагающими увязку всех национальных культур с горами и нахско-дагестанскими народами. В основу современного сценического искусства региона заложено много тюркского. Это выражается не только в танцевальном репертуаре ансамбля «Лезгинки» (правильно было бы назвать его, например, «Хазарией» или «Кавказом») и других ансамблей или в хоровом пении, исторически присущем из местных народов кумыкам, а ещё и во вкладе кумыкских культурных деятелей наряду с Гасановым, Ханукаевым, Израиловым, Агабабовым, Налбандяном и другими выдающимися личностями. Дагестанская музыка была обогащена стараниями Бийболатова и Дагирова, хореография - Ибрагимова А. и Ибадуллаева, вокал – Ибрагимовой и Мурадова, театр – Рустамова и Ибрагимова О., характерно, что первые постановки Горско-еврейского театра делались по азербайджанским пьесам, а первый спектакль Табасаранского театра по пьесе кумыка Хиясова; был высок вклад и других тюркских самородков. Полагаем, что названия фестивалей и конкурсов должны отражать всю специфику и культурный потенциал региона, от ногаев до азербайджанских тюрков.

Пятый аспект – мероприятия из серии «Как живёшь, сосед?». Ясное дело, они не должны проводиться с переселенческими сёлами. Во- первых, добровольного согласия на такие сёла тюрки в РД не давали. Во-вторых, эти поселения часто содержаться за счёт бюджетов тюркских районов, которые должны решать их созданные советской властью проблемы. В третьих, оказавшись инородным телом на чужой земле, заняв принадлежащие хозяевам территории, приезжие не стреляться смягчить ситуацию и активно ассимилироваться, скорее наоборот, находясь в гостях, они цепляются за свои культуры. Не нужно унижаться и корчить дружбу с людьми или с земляками людей, которые по указке государства застроили чужие владения и при этом не пытаются стать своими, в такой ситуации интернационализм обостряет межнациональную ситуацию, а не упрощает её. Пусть такие мероприятия проводятся с представителями близкородственных народов. Сосед – это тот, кто живёт рядом, а не у тебя дома. Живущий в твоём доме – член семьи, который должен принимать язык и обычаи этой семьи. Так же и школьные мероприятия в тюркских школах должны быть прежде всего направлены на развитее контактов ногаев с казаками, кумыков с азербайджанскими тюрками и т. д. Ни о каком дагестанском интернационализме и речи быть не может, пока не решены национальные вопросы тюркских этносов. А человек, не борющийся с уродливым интернационализмом по советскому образцу – за счёт равнинных тюрков и в то же время пытающийся что-то сделать полезное для тюрков, обесценивает свою работу.

Шестой аспект – мероприятия самих горцев. К сожалению, проводя свои концерты, конкурсы, турниры в основном на равнине, наши гордые соседи расписываются в собственной беспомощности в вопросе сохранения идентичности. Если кто-то ещё не понял сигнала, который регулярно посылают организаторы таких мероприятий, то я его расшифрую: «Мы признаём, что бессильны остаться в горах, мы понимаем, что у нас нет шансов сохраниться как горцы, поэтому даже символические мероприятия мы проводим на низменности». Безусловно, некоторые начнут отрицать, что всё это является колокольным звоном по нахско-дагестанским этносам – они же просто пытаются сохраниться. Так или иначе, благородные потуги остаться самими собой вне гор перешибаются галопирующей русификацией (без русского языка карьеры в России не сделаешь), сомневающиеся могут понаблюдать за соседями, коллегами и даже родственниками, всё станет понятно. В такой ситуации обращение нахско-дагестанских этнических групп к своим корням (половина их представителей имеет тюркскую кровь) позволила бы им сохраниться как кавказцам, сбавить градус межнациональных вопросов, а также иметь общую с тюрками языковую идею. Так удалось бы выйти из парадоксальной и даже нелепой ситуации, когда представители вышеуказанных этносов живут среди тюрков и при этом разговаривают как славяне.

Акчурин Ильдар

Рассмотрено и передано для опубликования решением общего собрания краеведческого общества «Анжи-Кала» от 17.11.2019 г.

Одобрено для публикации на сайте Атакумук от 5.06.2020г.

 

 

Уважаемые подписчики и гости нашей страницы!

Предлагаем для чтения другие интересные разделы:

История

Кумыкская аналитика

Краеведение

Краеведческие походы в 2016 году:
Краеведческие походы 2017 году:
Краеведческие походы в 2018 году:
Краеведческие походы в 2019 году:
Краеведческие походы в 2020 году:

МУЗЕИ

Религиозная тема, репрессии и насильственное переселение

Военная тематика

Къумукъ тилде макъалалар

На турецком

КНИГИ

ВИДЕО ССЫЛКИ ( Наш архив )

Дорогие читатели, мы ценим Ваши комментарии и пожелания!

МЫ В СОЦСЕТЯХ

Официальный сайт

 

подпишись

 

Категория: Аналитика | Просмотров: 77 | Добавил: ATAKUMUK | Теги: Этносы и территориальные парадоксы | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar